Восьмая дочь
Оливер Квин — самый опасный омега Стар-Сити.
Название: Нью-Балассам
Фандом: Sanctuary
Герои: Хелен Магнус, Уилл Циммерман, НЖП, НМП
Тема: Вампир
Объём: 5199 слов
Тип: джен
Рейтинг: PG
Саммари: Уиллу предстоит узнать много нового как о Магнус, так и о мире вокруг. В частности о том, что вампирская раса не была уничтожена полностью...
Авторские примечания: Постканон и хэдканон. Не совсем дремучий, но достаточно сильный. Из предупреждений еще добавлю, что слегка экспериментировала со стилистикой.

У этой истории, как и у многих других, подобных ей, не было однозначного начала. Спроси Уилла – он бы испытал некоторые сложности и в конце концов ответил, что главное – результат.

Но цепь событий, запущенная много раньше, стала проявляться явно только с определенного момента. С невинного, в общем, вопроса Магнус: "Что ты знаешь о Райане Сонерби?". Хотя, может быть, это случилось позже, в тот миг, к примеру, когда Уилл рассматривал картину Фелиши или же когда встретился с близнецами, а может быть, когда с удивлением увидел Эбби... Впрочем, он считал, что началом послужил вопрос про Райана Сонерби.

— Я знаю о нем то же, что и все, – ответил тогда Уилл.
— Что именно? – переспросила Магнус настойчиво.

Он вздохнул и отодвинулся от стола, чтоб не смотреть на начальницу через полупрозрачные голографические экраны: в новом Убежище с технологиями было значительно лучше, чем в старом, но бюрократической волокиты это не уменьшало, и как раз сейчас Уилл был занят сортировкой данных о новоприбывших абнормалах. Магнус стояла в дверях и ждала ответа на свой вопрос.

— Райан Сонерби, – сказал Уилл, – потомственный нефтяной магнат, связан с несколькими крупнейшими корпорациями, занимающимися исследованиями в области биотехнологий. Долгое время не пользовался известностью из-за более популярной у средств масс-медиа сестры, но после недавней трагедии о нем не знают разве что этнические африканские племена.
— Спорный вопрос, – отметила Магнус. – Подробности биографии, детали, соображения... О чем еще ты в курсе?
— Послушай, – Уилл устало потер переносицу, – я не знаю, устраиваешь ли ты мне внезапный экзамен или ищешь информацию. По поводу первого: давай ты назначишь мне дату пересдачи, по поводу второго: обратись к Генри, все равно я знаю значительно меньше.
— Никакой пересдачи, – сказала Магнус, – отработаешь на практике, собирайся, мы вылетаем.
— Куда? – не понял Уилл.
— Навестим Райана Сонерби.

Что он знал об их семье? Не больше, чем другие. Наследство досталось Райану от отца, Фредерика Сонерби, мать умерла рано, но мальчик вырос на удивление достойным наследником. По крайней мере, он не растранжирил состояние и не стал причиной крупных скандалов. Он вообще не стал причиной ни одного скандала до недавних событий, что было просто удивительно при учете всех обстоятельств.

Когда Фредерик был уже практически стариком, он удочерил еще одного ребенка, девочку по имени Фелиша. И вскоре скончался. Райан, чья разница в возрасте с сестрой составляла более двадцати пяти лет, фактически стал ей отцом. Возможно, именно из-за сестры он так и остался холостяком.

Уилл не знал, какие именно сложились отношения между Райаном и Фелишей: те статьи, что он встречал в интернете, были крайне противоречивы. Понятно, что Сонерби не были золотым идеалом американской семьи. Отделить слухи от истины было трудно, но некоторая часть информация была очевидна.

Фелиша оттягивала на себя львиную долю внимания прессы, оставляя брата в некоторой тени. Очень богатая, очень талантливая и очень больная. Первое определяло то, что она могла воплощать второе и третье ей не слишком при этом мешало.

Фелиша была прирожденной художницей, по крайней мере, так наперебой утверждали все критики. Деньги брата помогали ей организовывать выставки по всему миру. Болезненность девочки не была очевидной, но точного диагноза никто не называл, с Фелишей ездил штат врачей и ей регулярно делали переливания крови. Тем не менее, а может – и благодаря этому, она в свои девятнадцать была достаточно известна.

А более позднее увлечение музыкой обеспечивало ей дополнительный трамплин в мир искусства... обеспечило бы. Чуть больше месяца назад Фелишу похитили с ее первого концерта. Требования были просты: прекратить финансирование исследований, связанных с влиянием на эмбрионы во время периода внутриутробного развития.

Райан ответил категорически отказом. Его сестру застрелили в прямом эфире.

Разумеется, общественность не встретила это спокойно. О семье Сонерби узнали даже те, кто никогда не интересовался ни нефтяными магнатами, ни молодыми, перспективными художницами.

Одни поддерживали Райана в том, что он решительно отстаивал свои позиции и не пошел на переговоры с похитителями, а другие упрекали его в бесчувственности оттого, что он позволил убить собственную, пусть и приемную, сестру. Уилл получил редкую возможность увидеть ситуацию с более близкого расстояния. Может быть, встреча с Сонерби прольет свет на странную историю.

— Что мы собираемся делать? – спросил Уилл, глядя на проносящиеся за иллюминатором полосы облаков.
— Увидишь сам.
— Я не люблю эти игры, Магнус. Ты же знаешь.
— Знаю.

Требовать от нее рассказать что-то, чего она рассказывать не хочет, было таким же безнадежным занятием, как пытаться вычерпать реку чайной ложкой. Потому во время всей поездки до особняка Сонерби Уилл молчал.

— А нас пустят? – только спросил он.
— У нас с Райаном давние договоренности, – ответила Магнус.
— Сотрудничество или то, о чем я не хочу даже знать?

Она усмехнулась.

— Насколько я знаю тебя, ты хочешь знать обо всем.

***


По реакции хозяина особняка Уилл понял, что вряд ли Сонерби был связан с Убежищем сотрудническими отношениями. По крайней мере, другие меценаты дела Магнус были в курсе того, что она выжила.

— Не сомневался, что слухи о твоей смерти преувеличены, – вместо приветствия сказал Райан Сонерби.

Уилл видел его раньше, на фотографиях и видео, но вживую можно было лучше рассмотреть морщины на лбу и в уголках глаз, а также седину в недлинных светлых волосах. Никакой возрастной пластики. Его лицо выглядело вполне обычным, светлая кожа выдавала человека, который редко проводит время на свежем воздухе, но подтянутая фигура говорила о том, что Сонерби не забывает заниматься в спортзале.

Сейчас он не походил на главу многомиллионной империи, а выглядел просто мужчиной средних лет, следящим за собой. Но Циммерман прекрасно понимал, что потертые джинсы и небрежно застегнутая рубашка стоят больше, чем он, Уилл, получает за год.

Райан и Хелен коротко кивнули друг другу.

— Я тоже рада тебя видеть, – произнесла Магнус, – хотя повод и не самый подходящий.

Сонерби повернулся к Уиллу.

— Насколько я понимаю, Уильям Циммерман, – сказал он прежде, чем тот успел что-то сказать. – ФБР, полиция, спорные теории, после – Убежище... Вы рисковый человек, стоит признать.
— А вот это уже немного пугает, – ответил Уилл, пожимая руку Сонерби.
— Не стоит. По ряду причин я заинтересован в делах Убежища, потому знаю кое-что о его сотрудниках.

Их обмен репликами прервала Хелен.

— Что с Фелишей? – спросила она.

Уилл удивился. Младшая сестра Райана Сонерби была мертва уже достаточно давно, но Магнус спрашивала так, будто девушка еще оставалась живой.

— Прости, но не думаю, что это касается тебя.
— Райан! – чуть повысила голос Магнус.

Сонерби вопросительно поднял бровь.

— Ты действительно волнуешься? Из-за того, что она твоя дочь, или из-за того, что она твой проект?

Уилл ощутил, как мир задумчиво покачнулся, будто раздумывая, перевернуться ему вверх ногами или ограничиться заваливанием набок. Фелиша Сонерби – дочь Хелен Магнус. Ну надо же.

Наверное, он сказал что-то вслух. Или просто достаточно выразительно подумал, потому что Райан и Хелен посмотрели на него. Сонерби с любопытством, Магнус – устало.

— Насколько я понимаю, – протянул Райан, – он совершенно ничего не знает.
— Не о чем знать, – чуть резче, чем стоило бы, сказала Магнус. – И Фелиша – моя дочь сугубо технически.
— Сугубо технически ты ее выносила, а потом сугубо технически ее родила, – сказал Райан насмешливо. – Хотя моя сестра с тобой бы согласилась.
— А ты – нет?

Уилл недоуменно переводил взгляд с одной на другого и чувствовал, что он упускает что-то невероятно важное.

— Может мне кто-нибудь объяснить, что тут происходит? – спросил он.

Сонерби опустил глаза, а Магнус ответила:
— Фелиша выжила после выстрела. И я считаю, что похищение было подстроено...
— Нет, – резко перебил ее Райан. – О Боже, как ты могла что-то такое подумать?
— Я знаю тебя всю твою жизнь, – холодно ответила Магнус.
— Мы знакомы с тобой всю мою жизнь, – поправил Сонерби.

Они снова молча и напряженно уставились друг на друга, словно вели мысленный диалог, и Уилл в очередной раз за сегодняшний день ощутил себя лишним и совершенно ничего не понимающим в том, что творилось вокруг него.

— Фелиша исчезла, – нехотя сказал Сонерби. – Без предупреждения и объяснений. Меня поражает, что ты, Хелен, узнала об этом так быстро.
— У меня хорошие связи, – холодно ответила Магнус.
— А у меня в ближайшее время намечается проверка лояльности работников. Надо выяснить, кто донес информацию до тебя.
— Попробуй.

Уилл вздохнул. Потом еще раз.

— Я понимаю, – сказал он, – что вы можете продолжать весь день, но, может, будем что-то делать?
— Мы можем осмотреть ее комнату? – спросила Магнус.
— С чего бы... – начал Сонерби.
— Я хочу помочь!

Сонерби коротко посмотрел на Магнус, и та наградила его своей улыбкой, которую обычно использовала для общения с официальными представителями разных инстанций и смысл которой можно было выразить одной фразой: "Поймай меня, если сможешь".

***


Комната Фелиши оказалась четырьмя комнатами. Почти отдельным жильем внутри дома. Спальня, мастерская, гардеробная и санузел. Самой жилой выглядела вторая, в остальных местах царил такой стерильный порядок, что больше походило на не слишком правдоподобную декорацию, за исключением пары штрихов.

— Любопытно, – сказал Уилл, заметив картину в спальне. – Работа Фелиши?
— Да, – ответил Сонерби, не отстающий от них с Магнус ни на шаг, – моя сестра написала ее, когда ей было тринадцать. С тех пор она совершенно отошла от абстракционизма.

Картина действительно выпадала из общей упорядоченности комнаты. Запутанные переплетения разных оттенков красного и коричневатого, создающие отдаленно похожие на что-то образы, которые ускользали, стоило присмотреться.

На фоне бежевых тонов всего прочего убранства картина выглядела еще более напрягающей, чем она была сама по себе.

— Хелен, – обратился к Магнус Сонерби, – догадываешься, как она называется?

Уилл только сейчас обратил внимание на то, что его начальница замерла напротив картины и напряженно в нее всматривается, будто видит нечто знакомое.

— Голод? – предположила Хелен. – Жажда?

Сонерби покачал головой.

— Нужда.
— Ей было тринадцать? – уточнила Магнус. – И ты промолчал?
— Так хотела Фелиша, – просто ответил Сонерби. – Других поводов мне не было и нужно. Впрочем... я думаю, ты сама все знала.
— Догадывалась. Половое созревание. Общие изменения организма...

Магнус повернулась спиной к картине.

— Это не имеет значения.

Повисшая тишина вызывала желание закричать и убежать из комнаты. Словно именно отсюда должно было начаться торнадо.

— Она не оставила записки? – спросил Уилл, чтоб разрядить атмосферу. – Любой другой зацепки?

Его больше беспокоило то, почему Сонерби скрыл то, что его сестра жива. Большой выгоды от того, что она умерла, он не получил, точно так же, как и от того, что объявил бы о ней позже. Чем дольше Уилл осматривался по сторонам, тем сложнее выстраивалась схема. Это было плохо, потому что наиболее сложная схема, как правило, наименее правдоподобна.

— Фелиша просто исчезла, – сказал Райан, – она не взяла ни вещей, ни машины, ни телефона, ни денег, ни документов. Более того, ее не видел никто из охраны и остальных работников.
— Любопытно, – сказал Уилл.

Он задумчиво присмотрелся к лампе в мастерской Фелиши.

— Странные у вас провода, – отметил он.
— Автономное электроснабжение, – ответил Райан.
— И дублирующие системы? – спросил Уилл.
— Да.

Магнус молча наблюдала за их диалогом и не вмешивалась.
— Боюсь, – глянув на нее, сказал Сонерби, – я вынужден с вами попрощаться, потому что ваш визит и так нарушил мой распорядок.
— Ох, ну конечно, – ответила Магнус.

Но несмотря на сарказм она не стала настаивать и согласилась покинуть дом.

***


Уилл знал, что его ожидает очередная игра с наводящими вопросами, но на его счастье Магнус подождала до того момента, как они смогли пообедать. Потому что продираться через ее недомолвки на голодный желудок было тем еще испытанием.

— Итак, – сказала Магнус, – каковы твои выводы?

Они сделали остановку в небольшом уютном ресторанчике, где из-за раннего часа были едва ли не единственными клиентами.

— Я заметил некоторые детали, – сказал Уилл, задумчиво глядя на свою опустевшую тарелку, – в особняке электроснабжение такое, словно в подвале как минимум пещера Бэтмена. И не только электроснабжение. Я специально останавливался в коридорах – там почти все системы дублируются. И, по-моему, установлены такие же металлические заслоны, как в старом Убежище.

Магнус кивнула.

— Продолжай.
— Фелиша, как известно, очень больна. Я видел дома, в которых живут люди со сложными медицинскими показаниями. Не тот случай.
— Спорно, но продолжай.
— Ей стреляли в голову. В голову, Магнус. И трансляция отключилась... а информация засекречена настолько сильно, будто пострадала не одна девушка, а несколько тысяч.
— Интересное наблюдение.

Уилл задумался, как сформулировать следующую мысль.

— Фелиша – абнормал? – спросил он тактично.
— Да, – ответила Магнус, улыбаясь, – догадываешься, какой вид?
— Sanguine Vampiris?
— Бинго!

Официантка забрала его тарелку, что дало возможность не отвечать сразу.

— Магнус... – начал Уилл. – Я надеялся, что ошибаюсь. Честно. Очень сильно.
— Ты имеешь что-то против вампиров?

Он кашлянул.

— Твои шутки...
— Никаких шуток, Уилл, – Магнус выглядела настолько дружелюбно, что можно было ждать беды, – вопрос важный. Ты имеешь что-то против вампиров?
— Кроме того, что все известные мне вампиры хотели захватить или мир, или как минимум твой винный погреб? Да нет. Я ничего не имею против вампиров.
— Тогда, – сказала Магнус, – нас ждет еще одно путешествие. И, заранее оговариваюсь, Фелиша не дочь какого-то конкретного вампира. Ее абнормальность – результат эксперимента на эмбрионе.
— Понятно, – ответил Уилл, – я ничего такого и не думал.
— Молодец.

***


Было еще кое-что, о чем Уилл не сказал Магнус. Даже люди малосведущие в чем бы то ни было отмечали внешнее сходство Райана и Фелиши. Слухи гласили, что на самом деле девочка вовсе не приемная, а результат страсти старика Сонерби. Уилл же подозревал, что у детей действительно был один родитель. Но вовсе не отец, а мать. И разговаривать о подобном с Магнус было чревато. Особенно, после ее отповеди насчет предполагаемого отца Фелиши.

В истории оставалось слишком много неприятных пустых пятен. По сути, она вся являлась таким белым полотном, по которому раскидали случайные кусочки паззла, а остальные спрятали до поры до времени.

***


Как ни странно, их с Магнус путь лежал в Йельский университет.

— Думаешь, – спросил Уилл, – Фелиша решила сбежать от брата в стены высшего учебного заведения?
— Нет, – ответила Магнус, – но здесь должны быть те, кто даст ответы на некоторые наши вопросы.
— И как ты предлагаешь нам искать этих таинственных "кого-то"?

Уилла, при взгляде на студентов, захлестнули почти забытые ощущения: извечная спешка и желание сделать все, что можно. Изменить мир, оправдать ожидания... Циммерман долгие годы думал, что получил стипендию на образование из-за своих выдающихся способностей. Конечно, в какой-то мере так оно и было. Только заметил его не какой-то фонд, а лично Магнус. Но ей знать о его недовольстве по этому поводу вовсе необязательно.

— В университетах, – сказала она, – есть расписание. А я знаю, какая специальность у тех, кого мы ищем.
— Уже вечереет, – не мог не сказать Уилл. – Не думаю, что сегодня мы сможем их найти. На занятиях, по крайней мере.

Они шли по коридору, мимо торопящихся по своим делам студентов.

— Посмотрим, – ответила Магнус.
— Твой оптимизм меня удивляет.
— Что? Ты же сам хотел отвлечься от "бюрократической рутины", – она передразнила произношение Уилла.

Он вздохнул.

— Стены высшего учебного заведения странно на тебя влияют.

Они в самом деле нашли их. Уилл не сразу понял, что это именно те, кто им нужен. Близнецы. Две девушки, не старше двадцати лет, черноволосые, кудрявые, с темными внимательными глазами и чертами, в которых чувствовалось что-то непривычное. Уилл только потом, анализируя свои ощущения, смог понять, что его напрягло то, что не удалось сразу определить национальность. Обычно он отмечал примерное соотношение, а в том, что касалось этих близнецов, – нет.

Одеждой они не слишком отличались от других студенток: джинсы и светлые блузки. И Уилл бы не назвал обеих девушек настораживающими... по крайней мере, не зная всего, что было с ними связано.

— Клэр, – сказала Магнус, когда близнецы подошли к ним, – Габриелла. Рада вас видеть.
— А мы вас не очень, – отозвалась одна из близнецов. – В чем дело?
— Мне нужен доступ в город, – ответила Магнус.

Близнецы переглянулись.

— Я все знаю, – продолжила Магнус, – к тому же Фелиша точно была вашим заданием. Я понимаю, почему вы выполняете приказы своей матери. И я не собираюсь устраивать вооруженную спасательную операцию.

Вторая девушка, которая до того молчала, заговорила. Ее голос казался мягче и спокойнее, чем у сестры.

— Мы исполняем приказы, потому что считаем их разумными. Фелиша нарушила правила, последствия для нее были неизбежны.
— Это была самозащита, – парировала Магнус.

Уилл сделал еще одну мысленную пометку: значит, дочь Магнус не была жертвой. Если подумать, это было разумно и объясняло то, что трансляция прервалась. Как вампир Фелиша была практически бессмертной, если не совсем бессмертной. Пуля для нее ничего серьезного не значила. Физически, по крайней мере.

Вполне разумно было предположить, что она атаковала своих похитителей. Тогда вопрос, почему ее за это упрекают? А точнее, кто именно?

— Конечно, – продолжила Магнус, – вы опасаетесь новых гонений...
— Гонений? – тихо спросила первая из близнецов. – Ты хочешь сказать, охоты? Травли?
— Я понимаю...
— Нет, – жестко ответила она, – не понимаешь. Хелен, ты когда-нибудь горела заживо? День за днем, пока боль не начинает казаться тебе единственно возможным состоянием?
— Я прекрасно знаю, что вы пострадали...

Коридор, и без того полупустой из-за времени дня, казалось, вовсе вымер.

Девушка заговорила, перебив Магнус:
— Ты хотя бы представляешь, как проходила стерилизация вида с точки зрения Церкви? Женщин подвешивали за руки, разрезали вот тут, – она провела ребром ладони чуть выше пупка, – и пристально следили за регенерацией. И вычищали все лишнее по их мнению, – ее передернуло, – они не давали тебе умереть, поили кровью, но недостаточно, чтоб ты могла вырваться. У нас хорошая регенерация, но и только. А после долгих месяцев этой пытки тебя отпускали. Это считалось гуманным, то, что...
— Клэр, – сказала ее сестра тихо, – хватит.

Девушка замолчала, а потом снова заговорила:
— Потому не говори, что понимаешь, Хелен. Мы ценим то, что ты и твой отец сделали для нас, но это ничего не изменит.

Уилл не думал, что Магнус что-то скажет, но та спокойно спросила:
— Так, значит, пропуска в город мы не получим?
— Габи имела в виду, – ответила Клэр сухо, – что вы ничего не сможете поменять. Если ты попытаешься вытащить Фелишу, мы убьем ее; скорее всего, тебя и его тоже.

Уилл понял, что речь о нем, и открыл рот, чтоб возмутиться, но решил, что безопаснее промолчать. Клэр не угрожала, просто констатировала факт.

— И твоего полукровку, если на то пошло, – продолжила та как ни в чем не бывало.
— Никола тут не причем, – сказала Магнус.
— Он опасен. Тем более – без твоего контроля, – пожала плечами Клэр.
— Мы не хотим никому вредить, – более тактично и мягко сказала ее сестра, – у нас есть способы подавления агрессии, ты сама видела результаты.
— Один-единственный, – ответила Магнус, – и все началось еще с эмбриона. К тому же ваш результат мне не нравится.
— Это неважно, – сказала Габриелла.
— Важно, чтоб ты не натворила глупостей, – холодно добавила Клэр. – До свидания, Хелен.

Они ушли, едва дождавшись вежливого "До встречи" от Магнус.

— Не все вампиры погибли в Балассаме? – почти риторически спросил Уилл, когда они отошли достаточно далеко.

Если у него и были сомнения, то чем дальше заходил разговор, тем больше он был уверен, что встретился именно с вампирами. А рассказ о прошлом вовсе уничтожил все сомнения.

— Я нашла способ их предупредить, – ответила Магнус. – Когда возвращалась во времени. Им удалось эвакуироваться.
— Я правильно понял, что некоторые студентки Йеля старше тебя на сотню-другую лет?
— На семь сотен, – поправила Магнус, – Клэр и Габриелла родились где-то в двенадцатом веке.

Уилл присвистнул.

— Тесла знает?
— К счастью для него – не знает. Он пытался еще давным-давно попасть в Балассам, но чистокровные вампиры... скажем так, не были в восторге.
— Думаю, это его оскорбило.
— Еще как, – хмыкнула Магнус.

Они медленно пошли к выходу.

— Один вопрос, – сказал Уилл.
— Да?
— Не буду обижаться и спрашивать, почему я ничего не знал. Спрошу только: почему я узнал именно теперь?
— Мне скучно без компании. Поездки бывают утомительными.
— А если честно?

Она не ответила сразу, и Уилл уже решил, что они так и будут молчать, но Магнус все-таки заговорила:
— Если честно, ты удержишь меня, если я попытаюсь сделать что-то ради Фелиши.
— Ты с самого начала знала, что ее похитили вампиры? – уточнил Уилл.
— Я надеялась, что нет и информация ошибочна. И что Райан просто преследует свои цели... но оказалось, что это не так.
— Плохо всегда быть правой, – отметил Уилл.

Его начальница кивнула и сказала:
— Да. Хотелось бы мне иногда ошибаться. В лучшую сторону, во всяком случае.

***


Уилл помнил Балассам, пусть он видел только подземелья и руины, но общее представление они давали. Сейчас он ожидал просто более новой версии того же города. Затерянный в джунглях или арктических льдах, внушающий оторопь, наполненный дворцами, одновременно и похожими, и непохожими на все древние города людей…

— Ты шутишь, – сказал Уилл. – Нет, точно шутишь.
— Они живут в современном мире, – пожала плечами Магнус.

Уилл уже это понял. Он заподозрил неладное, когда они приехали в Нью-Йорк. А теперь – тем более. Магнус, несмотря на все шутки, спешила как проклятая, и тяжело было ее за это судить. А Уилл почти устал удивляться.

— "Ньюбалл Бионик"?! Древние вампиры живут в главном здании биотехнологической компании?
— Вообще-то они расселились по миру, но посчитали, что так они смогут спокойнее заниматься своими исследованиями и не испытывать особых проблем с денежным обеспечением.

Магнус и Уилл вошли в здание. Охранник коротко глянул на них, но и только.

— Ты уверена, что мы можем вот так просто входить? – спросил Уилл, когда Магнус направилась к лифтам.
— Габриелла должна была сообщить обо мне. В противном случае нас бы просто могли не пропустить. А что до оружия, будь у меня что-то опасное для вампиров, сработала бы тревога.

Лифт устремился вверх без дополнительных указаний со стороны пассажиров. Их точно ждали.

— А могли не пропустить? – уточнил Уилл. – Думаю, ты знакома с главой корпорации лично. И королем вампиров, верно?

Магнус покачала головой.

— Нет, королева – его жена, – поправила она.
— Что? – не понял Уилл.
— Ричард – глава корпорации, но Сара – правительница.
— Еще скажи, что у них матриархат, – проворчал Уилл, а потом посмотрел на улыбающуюся Магнус. – Матриархат?
— Не совсем. У них сложная система наследования и деления власти; первоначально вампиры – кастовое общество, но после междоусобной войны и краха империи осталась фактически одна ветвь.
— А ты неплохо знаешь вампирскую историю, – не мог не отметить Уилл.
— Мой отец сотрудничал с ними. А потом и я.
— А Тесла?..

Магнус снова покачала головой.

— Повторяю, ему лучше держаться подальше. Они перестраховываются по понятным причинам. А его открытость их всегда напрягала. Очень мало людей знают про вампиров.
— Ты сто лет водишь Теслу за нос. Это было бы смешно, если бы не было настолько жутко.

Ответа на свою реплику Уилл не получил; впрочем, он не особо и ждал.

Год назад он бы затеял скандал из-за того, что Магнус не говорила ему всего. Еще в первый день работы он потребовал, чтоб не было никаких секретов, но чем дальше все шло, тем яснее Уилл понимал, что это невыполнимое требование. А он все равно не уйдет, несмотря ни на что.

Так что приходилось мириться с тем, что Магнус раскрывала карты в самый последний момент.

— В разговоре с близнецами ты сказала "город", а я вижу одно здание.
— Под землей располагается значительно больший комплекс. Хотя, разумеется, он не так велик. После Балассама Сара опасалась собирать всех в одном месте.
— Неудивительно... – проворчал Уилл. – Кстати, Сара и Ричард – странные имена для древних вампиров. Как и Клэр с Габриеллой, в общем-то.
— Их зовут не так, – ответила Магнус, – просто... так проще жить в современном человеческом мире и не привлекать внимания.

Уилл улыбнулся.

— Я смотрю, они значительно скромнее Теслы.

***


Сара Ньюбалл была женщиной не слишком выделяющейся внешне. Уилл не мог соотнести в своей голове образ довольно молодой, невысокой брюнетки в светлом брючном костюме с идеей о том, что она – древняя королева вампиров.

Единственное, что можно было отметить в ней необычного – излишняя худоба, словно у человека, перенесшего тяжелое заболевание и еще не оправившегося. Другое слово, что приходило на ум при взгляде на Ньюбалл – "ухоженная". Очень аккуратное каре, матовая кожа, неброская косметика и хороший маникюр. А еще ровные и белые зубы.

Сара улыбнулась сразу, как только Уилл и Магнус вошли в ее кабинет, потом, хотя они говорили о совсем не веселых вещах, улыбка снова и снова возвращалась на ее лицо. Сложно было понять, нервозность это или просто привычная для Сары мимика.

— Ты же сама все понимаешь, Хелен! – воскликнула она, когда с приветствиями было закончено и Уилл с Магнус сели в два кресла напротив стола Сары.

Она даже не пыталась сделать вид, что не знает причин появления внезапных посетителей у нее в кабинете.

— Я понимаю только то, что ты хочешь наказать девушку, которая защищала свою жизнь, – холодно ответила Магнус.
— Ей не следовало оказываться в руках похитителей, – ответила Ньюбалл.
— Но она оказалась. И если бы они обнаружили, что Фелиша жива после выстрела и могли об этом рассказать кому-то еще...

Сара поднялась и уперлась руками в стол.

— Хелен, – сказала она, – ты же понимаешь, что я была вынуждена принудить всех пройти тесты. Фелиша считалась нашим проектом, и когда я передавала все в твои руки, я не ожидала, что ты пойдешь против договоренностей... Представляешь, как это выглядит?

Уилл с интересом посмотрел на Магнус: пробелов в истории становилось меньше, но многое до сих пор оставалось непонятным. После Средневековья вампирам грозило вымирание. Похоже, не без помощи Магнус было найдено решение о том, как справиться с бесплодием, но они опасались повторения истории. Именно потому необходимо было купировать агрессию: именно то, о чем говорили близнецы. И не похоже, что Магнус одобряла этот процесс, каким бы он ни был.

— Мне не понравились результаты, полученные тобой, – ответила Магнус. – Я видела их. Фактически создание не является представителем вашего вида.

Ньюбалл выпрямилась и сложила руки на груди.

— Мы собирались решить эту проблему. Курс инъекций должен был вернуть способности. Она достаточно взрослая, чтоб контролировать себя... но выходка Фелиши заставляет сомневаться, что и Абигейл сможет... Хелен, если бы я тебя не знала, я бы могла подумать, что ты специально саботируешь мои планы.
— И чем же? – спросила Магнус. – Кроме того, что не позволила тебе пойти против природы?
— Люди делают это все время, – ответила Сара; она опустила руки и подошла к окну во всю стену, откуда открывался прекрасный вид на Нью-Йорк, – разве не люди удаляют кошкам когти и усыпляют агрессивных собак? Разве не люди выжигают телятам рога и подрезают крылья домашней птице?
— Во-первых, я против этого, а во-вторых, животные отличаются от абнормалов.

Ньюбалл глянула на нее через плечо.

— Странно, – сказала она грустно, – что ты защищаешь народ, который когда-то поработил человечество.
— Я просто считаю, – ответила Магнус, поднимаясь, – что вы переходите грань между разумной предосторожностью и паранойей. Спасая самих себя – себя же уничтожаете.

Магнус встала рядом с Ньюбалл и положила руку той на локоть. Уилл почувствовал, что ему нужно уйти из комнаты, но любопытство было сильнее и он остался сидеть, прислушиваясь к разговору.

— Хелен, помнишь, что случилось в Южной Африке? – спросила Сара и заговорила до того, как Магнус ответила: – Я тогда подумала: "Сколько генетического материала пропало зря".

Дальше их беседа не продлилась, потому что зазвучала тревога.

— Что это? – спросила Магнус.
— Вырвался кто-то из экспериментальных образцов твоего полукровки, – ответила Ньюбалл. – Или что-то похуже.

Она быстро направилась к выходу из кабинета, но в дверях повернулась к Магнус и Уиллу.

— Можешь осудить меня позже, когда поможешь решить проблему.
— Непременно, – холодно ответила Магнус. – Уилл?

Он поднялся, задаваясь вопросом: что они могут сделать, на что не способны вампиры? А еще его мучил другой вопрос, ответ на который он предугадывал.

— Кто-то из пациентов наркологической клиники Теслы остался вампиром? – поинтересовался он, когда они шли по коридору следом за Ньюбалл.
— К несчастью, – процедила Магнус, – и они оказались не в той компании.

Уилл подумал, что девампиризация в какой-то мере была создана для защиты самих юных вампиров, а вовсе не мира от них. А вопрос о том, все ли пациенты уже успели умереть к моменту попадания в "Ньюбалл Бионик" так и остался незаданным.

А Ньюбалл, похоже, решила держать их с Магнус подальше от своего кабинета и поближе к себе. И о причинах этого тоже не слишком хотелось думать.

***


Вниз они спускались на другом лифте, который двигался с такой скоростью, что у Уилла заложило уши.

Подземные этажи "Ньюбалл Бионик" в значительно большей степени напоминали о Балассаме, но действительно более новой, почти футуристической версии. И здесь тревожная сирена работала в полную силу.

— Сколько образцов вырвалось на свободу? – спросила Сара у первого встречного человека. "Вампира", – мысленно поправил себя Уилл. Как и в случае с Ньюбалл, он бы не подумал, что молодой мужчина в белом халате может быть не человеком.
— Всего один, – ответил тот и выразительно посмотрел на Магнус и Циммермана.
— Они со мной, – ответила Сара.

Теплоты и улыбчивости в ее голосе стало значительно меньше, будто скоростной спуск как-то помог им выветриться.

Шум борьбы был едва слышным, но Ньюбалл уверенно пошла на него, а Магнус и Уилл последовали за ней по переплетающимся коридорам.

На полу лежал вампир: обнаженный парень лет двадцати; он раскинул в стороны руки с выпущенными когтями,

Его удерживали двое других вампиров в таких же белых халатах, какой был на первом встреченном ими, а верхом на парне сидела светловолосая девушка в сером костюме, напоминающем спортивный.

Как раз когда Ньюбалл, Уилл и Магнус поспешно подошли, она вонзила ему в шею иглу шприца с прозрачной жидкостью. Вампир задергался и замер, устремив взгляд черных глаз в потолок.

— Все, – сказала девушка, поднимаясь.

Уилл узнал ее голос, но отказался поверить в то, что слышит. Даже тогда, когда она откинула волосы и повернулась к ним, он хотел, чтоб это было ошибкой.

— Уилл! Магнус! Что вы тут делаете? – воскликнула она.
— Здравствуй, Эбби, – спокойно ответила Магнус. – Не думала, что ты в службе безопасности.

Специальный агент Эбби Корриган, девушка (он не собирался добавлять к этому "бывшая", хотя все к тому шло) Уилла и, как оказалось, вампир, стояла перед ними, напряженно сжимая в кулаке пустой шприц.

Сирена замолкла, один из вампиров в белом халате небрежно перекинул бывшего пациента Теслы через плечо и удалился по коридору.

— Нет, – сказала Ньюбалл, – она даже не закончила тесты.
— Я закончила, – ответила Эбби.

Ее взгляд испуганно метался между Уиллом, Магнус и Сарой.

— А я не получила результатов. Ты не должна была покидать лаборатории, Абигейл.
— Но я...
— Свободна.

Эбби кивнула Ньюбалл и ушла. Оставшийся вампир кашлянул.

— Не хотел бы вмешиваться, – сказал он, – но именно она помогла решить нашу проблему.
— Знаю, Нестор, – ответила Сара значительно спокойнее, – но это ничего не меняет. Для нее были четкие инструкции, которые Абигейл нарушила. И уже не в первый раз.

Уилл не сразу заметил обеспокоенный взгляд Магнус, который был направлен на него.

— Хочешь уйти? – спросила она.
— Очень. Но мы здесь из-за твоей дочери, верно?

***


Фелиша Сонерби выглядела младше своих лет. Без косметики и прически, без дорогого платья и освещения – не более, чем девятнадцатилетняя девчонка. Наверное, раньше такой ее видел только брат.

Сейчас она лежала на возвышении внутри силового поля, и ее оплетали разноцветные трубки.

Это было довольно пугающее зрелище, но Магнус, которая стояла возле самой границы поля и смотрела на свою дочь со смешанным выражением страха, упрямства и ярости, вызывала значительно больше беспокойства.

— Я не думаю, что она в сознании, – сказал Уилл, чтоб как-то успокоить начальницу.
— Она в сознании, просто не может даже открыть глаза, – раздался голос из-за их спин.

Они повернулись к Эбби. На ней был все тот же серый костюм, что во время той стычки в коридоре. С момента, когда отключилась сирена, прошло несколько часов.

Уилла и Магнус провели в эту комнату и оставили. Как сказала Хелен в ответ на недоумение своего протеже: "Если мы что-то сделаем, то нас остановят через десять секунд".

— Ты хорошо знаешь эту систему, верно? – поинтересовался Уилл.
— Я была на ее месте, – ответила Эбби.

Она подошла и встала рядом с ним.

— Ты не любишь иголки, – сказал он. – Это я помню.
— Да, – Эбби грустно улыбнулась, – ты бы тоже их не любил, если бы тебя ими тыкали ежедневно.

Они замолчали, а потом Эбби неуверенно спросила:
— Мы поссорились?
— Из-за чего? – поинтересовался Уилл. – Из-за того, что ты лгала мне все время нашего знакомства? Из-за того, что не знакомила со своей семьей и не говорила, что вампир? Нет, не думаю.

Эбби казалась обескураженной.

— Правда? – спросила она. – Я была уверена, что ты начнешь злиться.
— Я немного не в том состоянии.
— Мы все не в том состоянии, – сказала Магнус. – Эбби, я думаю, что тебе стоит уйти.
— Да, конечно. Кстати, вы же помните, что, если что, вас поймают за тридцать секунд?
— Конечно, Эбби, – ответила Магнус.

***


Уилл пришел к здравой мысли о том, что все было спланировано. У Магнус всегда так: на каждый шаг несколько вариантов действий. Запасные планы к запасным планам и просчет всех вероятностей.

Когда они бежали по коридорам, буквально таща на себе Фелишу, Уилл думал, что никогда не сможет настолько же хорошо просчитывать свои действия.

Они уложились в тридцатисекундный интервал, который дала им Эбби и, когда заработала сирена, добрались до крыши здания.

И Уилл почти не удивился, что там их уже ждал вертолет.

— Надо будет извиниться перед Райаном, – сказала Магнус уже в кабине, – я всегда упрекала его за покупку дорогих игрушек, но иногда они бывают крайне полезны.
— Ты сумасшедшая, – ответил ей Уилл.
— Да, – не стала спорить Магнус, – а еще, кажется, начала войну с вампирами.
— Не будет никакой войны, – хрипло сказала Фелиша, – мой брат спонсирует "Ньюбалл Бионик" и их исследования. Не удивлюсь, если они отпустили меня сознательно.

Последняя часть головоломки: исследования эмбрионов, встала на свое место.

— Да, Магнус, – сказал Уилл, – ты умеешь развлекаться.

@темы: Sanctuary: фандом в целом.(табл.30), .II.1 Ужасы, #fandom: Sanctuary