17:46 

mechanoik [DELETED user] [DELETED user]
Название: Лакомство
Фандом: One Piece
Герои: Кидд, Ло
Тема: I.3 пробовать на вкус
Объём: 503 слова
Тип: слэш
Рейтинг: PG-13

- Очень смешно, мистер Кидд, - Ло проговаривает это медленно, и всё же куски крема, чувствуя недовольное сокращение лицевых мышц, грузно шлёпаются на одежду.
Юстасс ничего не говорит: он не может. Он смеётся так, что его лёгких, глотки и сердца едва хватает.
- Этот торт Бепо испёк специально для меня.
Об этом несложно догадаться. Из всех Пиратов Сердца только один пират мог приготовить полусферу и вылепить на ней два уха, два глаза и нос из шоколада.
Рот Трафальгара похож на щель во взбитой массе крема, сливок и нежных коржей. В одном месте она неожиданно трепещет, дёргается, как роженица в бреду, а потом сливки и марципан безвольно летят на джинсы, чтобы обнажить миру серо-зелёный глаз.
Кидд проводит по щеке пирата правой рукой и спокойно слизывает крем с металлического пальца, хотя ещё не далее как вчера этими пальцами он размозжил голову человеку. Впрочем, с тех пор мозги и прочие жидкости были тщательно смыты.
Или нет, вон там, в сочленении пластин, засохшая кровь. Дерьмово. Надо подрядить кого-то из ребят вычищать эту штуковину.
Но в креме как будто не ощущается постороннего вкуса.
Юстасс находит забавное угощение вполне приятным. Он придвигается на постели ближе, устраивается меж ног Трафальгара и перебрасывает свои ноги через его тощие бёдра. Зарывается левой рукой в чёрные волосы, сжимает их и подтягивает лакомство к себе.
Корж, сливки… глубже, на коже – кокосовая стружка.
Сладко.
Очень сладко.
Кидд пробует на вкус всё вместе и по отдельности. Слизывает, целует обнажившуюся кожу – Ло сказал бы…
- Ты на удивление нежен.
Юстасс без лишней спешки проводит языком по сгустку крема и чувствует, как под мягкими тканями языка трепещет тонкое тёплое веко, чувствует линию тёмной брови, которая рефлекторно хмурится от прикосновения.
Равнодушный серо-зелёный глаз покраснел и слезится. Может быть, в эту часть торта белый медведь сыпнул красного перцу на тот случай, если капитан Кидд всё-таки примет предложение и попробует тортик.
Ревнивая скотина.
Нет, не капитан Кидд – медведь.
Хотя и капитан Кидд тоже.
К тому моменту, когда лицо Трафальгара приобретает вид вылизанного собакой подростка, Юстасс чувствует тошнотворную сытость.
- Осталось ещё столько же, - украшенный татуировкой палец указывает на блюдо, где укоренилась нижняя часть торта и большая часть коржей.
Пират кое-как сдерживает отрыжку, прикрыв бледный рот целой рукой. Ло мысленно ставит галочку рядом с пунктом в списке "Дрессировка" – за мгновенье до того, как его опрокидывают на подушки, стаскивают с него до колен джинсы вместе с трусами.
Кидд подтягивает ближе блюдо с остатками торта: там ещё достаточно сливок и крема, чтобы устроить веселье.
- А ты завёлся, - сообщает он о(чень)видную вещь. – Попробовать тебя в другом месте?
- Пробуй, - Ло говорит это спокойно, но сглатывает нервно.
Однако в этот момент Юстасс морщится, сдерживает ещё одну отрыжку, после чего встряхивает головой и тяжело перекатывается на спину.
- В чём дело?
- Придётся подождать, пока я проголодаюсь.
Есть в жизни Трафальгара две вещи, на которые его почти невозможно обречь: во-первых, оставить просто так со спущенными штанами, а во-вторых, заставить чувствовать себя идиотом.
Но Кидду это удалось.
Ло молча потянулся к нодати. Он не любил чистить чужой желудок столь грубыми методами.
Но, видимо, придётся.

декабрь 2012


Название: Бумага для времени
Фандом: One Piece
Герои: Кидд, Ло
Тема: III.4 снег
Объём: 416 слов
Тип: слэш
Рейтинг: PG-13
Авторские примечания: читать осторожно

Снег – это бумага для времени, на которой особым языком могут быть записаны события прошедшего дня.
Так думал Трафальгар, маленькими глотками поглощая горячий кофе.
Снег тонкой пеленой покрывал ведущие с первого этажа ступени коттеджа, перила и небольшую площадку перед дверью. На снегу были видны следы.
Вот эти – его, Ло, аккуратные, но менее свежие. Через ступеньку – уверенные шаги Юстасса, который поднялся сюда прошлым вечером на два часа позже обещанного. Потом обратно на первый этаж ведёт цепочка следов Трафальгара: он оставил непунктуального пирата разводить камин, а сам отправился в главное здание трактира за спиртным и едой, где и застрял. Не в меру словоохотливая хозяйка десять раз забыла, для чего к ней заглянул "хорошенький мужчинка", но зато вспомнила всех своих внуков численностью не менее двух десятков.
Как врач Ло удивился такой памяти в такие годы, но выручать его пришлось не слишком любезному и порядком раздражённому Кидду.
Вот в мешанине чётко видны следы его правого сапога и левого ботинка Трафальгара – совсем рядом. На верхней ступеньке вытоптано, на перилах кое-где нет снега.
Там они целовались.
Совсем неподалёку на площадке – чёткий след голой руки.
М-да.
Ло ощутил, что краснеет.
Если бы снег умел говорить, что бы он рассказал людям? Грёбаный круговорот воды в природе, в котором он, сейчас молча хранящий память о ночных страстях, участвует. Смел ли Трафальгар не поверить в то, что вода, на которой был сварен утренний кофе, пару лет назад вполне могла оказаться тем снежком, который он ловко метнул в Юстасса? Или водой из пресного озера, в котором они однажды занялись любовью?
С отвращением поглядев в чашку, Ло почувствовал себя стариком. Теперь, два года спустя, сама идея казалась ему не слишком удачной, но память уверяла, что было здорово чуть не захлебнуться, кончить, а потом лечить микрофлору кишечника.
Да, этой ночью тоже было здорово. Было здорово, когда Трафальгар сидел на подоконнике, положив ладонь на голову Кидда меж своих разведённых бёдер. Было здорово, когда он стоял лицом к окну и опирался на подоконник, ощущая Кидда в себе.
А вот когда ему вздумалось упереться руками в раму…
Ло поморщился и не донёс чашку до рта.
Подобное трудно было себе вообразить: рама распахнулась, а он вывалился наружу. "Я знал, что оргазм – улётная вещь, но чтобы настолько", - сказал тогда Юстасс, выглядывая из окна в зимнюю ночь. Определённо, худшие мгновенья своей жизни Трафальгар провёл, лёжа голышом ногами кверху.
Этот след от руки – с того случая.
Хмурясь, Ло ощутил желание выйти наружу и всё тщательно затоптать. Словно кто-то мог догадаться о том, что случилось этой ночью.
Снег – не более чем бумага, конечно.
Но уж больно красноречивая.

декабрь 2012


Название: Непогребённый
Фандом: One Piece
Герои: Кидд, Ло и др.
Тема: II.1 могила
Объём: 1995 слов
Тип: джен, претензия на хоррор
Рейтинг: R
Авторские примечания: оос; работа написана специально для челленджа, но логически связана с моим au-циклом, где мир и отдельные моменты раскрыты полнее

А потом раздался крик.
Все смотрели друг на друга мгновенье – целое мгновенье, прежде чем броситься бежать во тьму, где влажные голые ветви сплетали холодные сети, цеплялись за волосы и одежду. Мягкая, напитанная туманом и дождями земля покорно проседала под подошвами ботинок, впивалась в подошву, комьями разлеталась в стороны и назад.
Лес вёл себя тихо – как будто набросил покрывало сырого молчания. Даже кустарник, сквозь который проламывались молодые тела, не издавал обычного треска. Раздосадованные ветви просто с тихим щелчком отпускали одежду и чуть слышно рассекали воздух, возвращая свои гибкие линии к исходному состоянию.
- Бонни, где ты?!
На самом деле, это были поиски вслепую.
Шоссе осталось тусклой жёлтой полосой где-то далеко за беспорядочной колоннадой кривых стволов. Мрак стоял стеной за свои владения, и свет, бессильно скользнув по мокрой коре растущих вдоль обочины деревьев, исчезал во тьме.
Было слышно, как с ветвей срываются капли воды. Как громко они бьют по ткани курток и капюшонов.
- Я здесь!!!
- А ведь всего-то поссать отошла, - буркнул Кидд и первый вывалился на прогалину. В руках у него был мобильный телефон – тусклый белый свет кое-как рассеивал мрак над пожухлой, опавшей на грязь травой, чёткими следами женских туфель, а потом…
- Что за чёрт?
Сади включила подсветку на фотокамере смартфона.
Сомнений быть не могло – геометрически правильной формы яма была глубокой могилой, на дне которой влажной от грязи рукой прикрывала глаза Бонни.
- Ох ты бля… смотри на меня! – неожиданно приказал Киллер.
- А что случилось? – девушка опустила было голову, но тут Кидд рявкнул:
- На него смотри!!!
Сбросив куртку, он ловко спрыгнул вниз и тут же по щиколотку увяз в рыжей глинистой почве. Стены могилы были отшлифованы и изъедены дождевой водой, но не так чтобы очень сильно. Грубо дёрнув Бонни к себе, Юстасс присел, обвил руками её бёдра, а потом рывком поднял в воздух. Кира и Ло помогли ей выбраться на поверхность.
В первую секунду девушка оглядела себя: насквозь пропитанные бурой грязью скинни, облепленные вязкой жижей оксфорды и лишь слегка измазанная куртка. И только потом обернулась посмотреть вниз.
Крик застрял в её горле, но наружу вырвалось что-то вроде судорожной икоты. Сади молча обняла её за плечи.
- Ну и? – мрачно поинтересовался Кидд.
Он стоял в изножье человеческого тела, облепленного землёй настолько, что нельзя было разглядеть не то что лица – каких-то особых деталей одежды. В тусклом свете были видны очертания конечностей, наполовину погружённых в жёлто-бурую, резко пахнущую глиной жижу, выступ носа, еле заметные глазницы и жидкие волосики, похожие на водоросли, которые кто-то вытащил на берег вместе с илом.
- Так, я вылезаю, и мы ничего не видели.
Не без помощи Киллера Юстасс выбрался из ямы и раздражённо оглядел испачканную одежду.
- Чтоб я ещё хоть раз согласилась пройтись из клуба пешком, - за раздражением в голосе Джевелри угадывался страх. – Надо было поссать в той грязной параше. Кто помнит, в какую сторону шоссе?
Трафальгар молча указал пальцем во мрак.
Девушки шли первыми, крепко держась за руки, за ними шагали Ло и Кидд, Кира замыкал шествие.
Он первый остановился, а за ним с опозданием на мгновенье – остальные.
Они не двигались, почти не дышали, но звук, с которым кто-то пробирается через лес – звук не стихал.
И двигался к ним.
Сади ощутила, как липкая от грязи рука Бонни в её руке зашлась крупной дрожью – мгновенье спустя Джевелри сломя голову бросилась к спасительной полосе электрического света. Все последовали за ней.
Свет фонарей не был ослепительным – скорее, оглушал слаженный вой десятков двигателей, перемалываемая шинами грязь и обрывки музыки, мягко выскальзывающие из салона проносящихся мимо иномарок.
Край сознания улавливал высокий тревожный звук, но ещё не соображал, как на него реагировать, что он есть, откуда доносится и является ли чем-то более важным, чем то, что движется позади во мраке.
Сади-чан раскинула руки и с силой оттеснила всех на обочину, где полоса очерченного грязно-серой линией асфальта резко уступала место влажной земле.
Фура пронеслась мимо, ударив по ушам рёвом мотора и надрывными воплями клаксона. Порыв сильного ветра сбивал с ног и подбрасывал в воздух невесомые пряди волос, лёгкие забило вонью дизельного топлива, и, казалась, сама земля трясётся под колёсами этого монстра.
Несколько мгновений просто выпали из памяти. Когда Ло открыл глаза, то увидел, как по испачканным щекам Бонни текут слёзы.
Молодые люди сбились на краю шоссе словно испуганные звери. Сади-чан прижималась спиной к друзьям и внимательно следила за дорогой, её пышная грудь часто вздымалась и опадала в такт прерывистому дыханию. Но остальные пристально смотрели во мрак, откуда должен был появиться… некто.
Джевелри стала дышать ровнее. Мир вокруг неё из хаоса и какофонии медленно превращался в осмысленную и упорядоченную систему вещей, знакомых с детства. В сознании, опутанном шумом крови в ушах, постепенно складывалось ощущение, что прошло уже много времени, хотя в реальности – пять минут, не больше. Однако из леса до сих пор никто не появился. Зловещая тьма стояла меж стволов как хозяйка, не желающая оказать радушия тем, кто не принадлежал ей изначально.
- Это всё глупо, - только попытавшись произнести эти слова, Трафальгар понял, как у него пересохло в горле. – Пошли домой.

- Нас не пустят в таком виде.
- Дело даже не в виде, дело во времени. Так неохота скандалить с этим кретином.
- Да через окно и всё.
- Ну и как ты представляешь меня на каблуках и…
- Если ты ухитрилась пойти поссать и свалиться в яму к жмурику, то уж и по пожарке вскарабкаешься.
- … ублюдок, не напоминай.
Только ноябрьской ночью знакомые места могут превращаться в зловещие угрюмые пустыри и подворотни. Компания молодых людей шла вдоль стены общежития, вслушиваясь в хруст стекла под подошвой.
- Ну гляди-ка, она точно не спит. Давай, позови её, Ло.
Трафальгар вышел на середину газона, раздражённо поднимая вязнущие в грязи ноги выше обычного. В холодном сыром воздухе каждый звук казался возмутительным, и какое-то время юноша просто дышал, глядя в окошко на втором этаже, залитое грязно-жёлтым светом настольной лампы.
Дыхание растворялось призрачным паром, льнуло к коже, отползало к затылку.
- Монэ!
Голос звучал спокойно, но казался оглушительно-громким.
Кидд и остальные услышали треск деревянной рамы, с которым открылось окно над их головами.
- Что это? Ты пришёл спеть мне серенаду? Как мило.
В женском голосе слышались усталость и кокетство.
- Монэ, мы вляпались в неприятную историю, и нам нужно попасть в общагу.
- Ну, то, что вы вляпались, просто очевидно.
Запрокинув голову, Юстасс увидел свесившийся из окна силуэт девушки – длинные волосы, голые плечи. Она рассматривала их пару секунд, а затем добродушно произнесла:
- Заползайте.
Старая пожарная лестница была за два окна до её комнаты. Цепляясь за шершавые от ржавчины перекладины, на которых вереницей висели капли холодной воды, Бонни думала, что это худшая ночь в её жизни. Ей стоило немало нервов пройти по декоративному выступу меж этажей, который неизвестный архитектор сделал - не иначе как для студентов - десяти дюймов шириной.
Напряжённо сложив руки под пышной грудью, покрытой лишь краями полотенца, Монэ стояла возле рабочего стола, груды учебников и конспектов на котором свидетельствовали об усердной подготовке к экзаменам. Поверх раскрытой тетради, где недописанная строка обрывалась странной закорюкой – не иначе как рука дрогнула – лежали старые очки с большими линзами.
- Ты хоть иногда спишь? – поинтересовался Кидд, спрыгивая с подоконника на пол.
Девушка взбила влажные зеленоватые волосы и ответила:
- Ваше счастье, что нет.
Кроме упомянутого полотенца и трусиков-тонг фисташкового цвета на ней ничего не было. Но вряд ли это причиняло ей хотя бы малейший дискомфорт.
- Как ты не мёрзнешь, - Джевелри подышала на озябшие руки, а после поморщилась: кожа пахла глинистой почвой.
Монэ с улыбкой пожала плечами.
- Вы расскажете мне, что случилось?
Бонни упрямо мотнула головой и процедила:
- Мы с Сади в душ.
Ло устало вздохнул:
- Я расскажу.
Девушка уселась на деревянный стул и закинула ногу на ногу. Рассказ Трафальгара она слушала с бесстрастным лицом.
- Мне кажется, что кто-то решил избавиться от тела, а вы его потревожили. Только и всего.
- Ну, - подал голос Киллер, который устроился прямо на полу, - тебе тут легко рассуждать, а закинуть бы тебя в тот лесок.
- Уфу-фу, - Монэ не то фыркнула, не то рассмеялась, - у меня завтра зачёт по химии, это излишне.
- Да, и ещё, - парень почесал нос и дёрнул лохматой головой, стряхивая с глаз длинную чёлку. – Можно Бонни переночует у тебя? Ты ведь спать не собираешься, а Сади я хочу забрать к себе.
Девушка удивлённо приподняла брови, встряхивая прядки мокрых волос, а потом кивнула.
- Калифа всё равно на кино-марафоне французской эротики.
- И почему мы туда не пошли, - процедил сквозь зубы Кидд, выходя в коридор.

- Обычно ты шумная.
Кровать поскрипывала в такт движениям.
- М-м-м, ну, знаешь ли…
Девушка напряжённо двигала тазом и бёдрами: ей хотелось поскорее кончить и расслабиться.
Треклятая ночь не хотела завершаться, а время ползло с каждой минутой всё медленней и медленней. Пламя свечей создавало гнетущую атмосферу и напоминало, скорее, о кельях, затворничестве и фильмах ужасов.
- Твою ж мать! – Сади резко привстала, а потом потянулась вперёд и включила настольную лампу. – Не могу!
Киллер подслеповато прищурился.
- Ты чего?
Девушка неожиданно прижала пальчик к полным губам и замерла, вслушиваясь. Кира приподнял голову с подушки – старая кровать легонько скрипнула, но больше тишину ничего не нарушало.
Однако Сади не шевелилась и молча смотрела на дверь комнаты.
Так продолжалось с минуту.
Затем она плавно и совершенно бесшумно опустилась на бёдра любовника. Тот глядел на неё вопросительно.
- Да что случилось? – наконец не выдержал он.
- Хмм-м-м-м, ничего, - девушка поёжилась, и её передёрнуло, как будто от холода, - просто показалось.
Киллер задумчиво облизал нижнюю губу.
- Ты перенервничала. Давай поиграем в миссионеров: ложись на спинку, раздвигай ножки. Если я трахну тебя в праведной позе, бог защитит нас от кошмаров языческого мира.
- Не см-м-мешно.

Краем глаза Монэ то и дело поглядывала на новоявленную соседку.
Бонни без проблем согласилась переночевать в этой комнате. В конце-концов, за стеной были Кидд и Ло, да и присутствие бодрствующего человека успокаивало.
Вначале девушка вертелась в постели, то и дело хватаясь за мобильный телефон и бутерброды, которых могло хватить на мозговой штурм для десяти человек. Но Джевелри умяла их все в одиночестве. Казалось, что она хочет кому-то позвонить, но не решается. Время в углу дисплея складывалось в 03:38 – самое неприличное время. Звонить в два ночи или пять утра – как-то нормально, но время с трёх до пяти казалось запретным.
В итоге скрип и возня смолкли: Бонни успокоилась и уснула.
Монэ приподняла очки, массируя переносицу.
От усталости она не сразу сообразила, что в уши ей вкрадывается настойчивый звук чужих шагов. Они раздавались в коридоре – всё ближе и ближе.
И смолкли прямо за дверью комнаты.
Висела тишина, но чужое присутствие ощущалось столь явственно, что девушка отложила ручку и напряжённо выпрямилась.
Трудно сказать, по каким признакам – может, просто заскрипела древесина – стало ясно: на дверь давят, напирают и стараются высадить. И всё это – в гробовом молчании.
Монэ испуганно дёрнулась, когда Бонни внезапно подскочила в постели и замерла, уставившись на дверь. Несколько секунд она не находила в себе сил пошевелиться, а потом трясущейся рукой потянулась к мобильному телефону.
За стеной раздалась чуть слышная возня.
А потом где-то далеко по коридору хлопнула дверь, и раздался громкий щелчок, с которым включался древний переключатель.
Под дверью вспыхнула полоса тусклого света.
- Можете выходить, - Кидд завершил фразу шумным зевком.
Монэ сунула ноги в ботильоны и нетвёрдой походкой приблизилась к двери. Но едва только отворив её, испуганно отпрянула: наружная поверхность была покрыта потёками грязи, в которых угадывались отпечатки ладоней.
Грязь была в коридоре – жирные человеческие следы и комья свежей земли тянулись по лестнице на второй этаж из вестибюля. А начинались прямо от запертой на три замка и металлический засов входной двери.
- Что за чёрт? – кое-как застегнув на себе мужскую рубашку, Сади обняла Бонни. Если у Монэ и были какие-то сомнения по поводу искренности соседей, но одного взгляда на бескровное лицо Джевелри было достаточно, чтобы их развеять.
Следы вели так же к комнате Киллера, делали петлю у комнаты Кидда и Ло, но только одна дверь несла на себе следы покушений.
Остаток ночи было решено провести в 306-й, но даже родная обстановка не могла развеять страхи. Бонни сидела вместе с остальными в постели и молча смотрела телевизор.
Звук был выключен, какие изображения мелькали на выпуклом экране, никто точно сказать не мог: все вслушивались в тишину.
И вздрагивали, когда сидящая за столом Монэ перелистывала страницы.

декабрь 2012

@темы: #fandom: One piece, .I.3 Ласки, .II.1 Ужасы, .III.4 Погода, One Piece: Юстасс Кидд, Трафальгар Ло (табл.30)

   

Сто историй

главная